GISMETEO: Погода по г.Волгоград

На правах рекламы:

Смотри здесь сайт антиплагиат вуз.

Героическая оборона Сталинграда

Сталинград в планах гитлеровской ставки. В военно-стратегических планах немецко-фашистского командования Сталинград фигурировал задолго до войны. По плану «Барбаросса», утвержденному Гитлером 18 декабря 1940 г., перед вермахтом ставилась задача в ходе «молниеносной» войны выйти на линию Архангельск — Астрахань, а следовательно, овладеть и Сталинградом. Но тогда сталинградское направление специально не выделялось.

После поражения в битве под Москвой фашистская ставка пришла к выводу, что вермахт уже не в силах наступать на всем протяжении Восточного фронта, и решила ограничить наступление на его южном участке. В это время остро встала проблема снабжения немецких войск горючим. Поэтому Гитлера и его клику привлекали нефтепромыслы СССР. В директиве главному командованию сухопутных сил от 11 ноября 1941 г. предписывалось «использовать все имеющиеся в распоряжении силы для того, чтобы в результате нанесения удара на юге на Сталинград или путем быстрого выхода на линию Майкоп, Грозный улучшить снабжение армии нефтью, поскольку наши ресурсы в этой области ограничены». Из директивы видно, что ставка фашистской Германии планировала вести наступление одновременно в двух стратегических направлениях — на Сталинград и Кавказ, но колебалась в выборе направления главного удара. Конец колебаниям положил Гитлер. По свидетельству начальника генерального штаба сухопутных войск генерал-полковника Ф. Гальдера, 19 ноября фюрер заявил: «Задачи на будущий год: в первую очередь Кавказ, цель — русская южная граница».

Почти пять месяцев в немецких штабах всех уровней лихорадочно разрабатывались планы летней кампании 1942 г. Результатом этой деятельности и явилась директива Гитлера № 41 от 5 апреля. Перед вермахтом ставилась задача «снова овладеть инициативой», на севере взять Ленинград, а на южном фронте «захватить кавказские нефтепромыслы и перевалы через сами Кавказские горы». В отношении Сталинграда в ней говорилось, что «в любом случае необходимо достигнуть Сталинграда или, по крайней мере, подвергнуть его воздействию тяжелого оружия».

Овладев Кавказом, фашистское руководство рассчитывало лишить СССР важнейших экономических ресурсов, прежде всего нефти, и проникнуть на Ближний Восток. Гитлеровская ставка преследовала далеко идущие цели: подтолкнуть Турцию к войне против СССР, перерезать единственную сухопутную связь Советского Союза с внешним миром через Иран. Наступление на Сталинград рассматривалось как вспомогательное. Гитлеровцы считали, что они легко овладеют городом силами только 6-й армии до 25 июля. Содействовать ей должны были диверсанты-парашютисты и агенты, массовая заброска которых велась, как говорилось, весной 1942 г.

Однако события развивались не так, как планировало фашистское командование. Упорное сопротивление советских войск на кавказском и воронежском направлениях, в большой излучине Дона и особенно в районе Сталинграда привело к тому, что сталинградское направление стало главным. Гитлеровская ставка бросала сюда все новые и новые войска, снимая их с других участков фронта, в том числе с кавказского. В частности, приказом от 31 июля на Сталинград была двинута 4-я танковая армия. Позже в сражение были втянуты две румынские и одна итальянская армии. Если в июле на Сталинград вели наступление 30 дивизий, то в конце августа — 69, а через месяц — 81 дивизия.

Возникает вопрос: почему же гитлеровская клика с таким упорством цеплялась за Сталинград?

Объясняется это рядом обстоятельств военного, экономического и политического характера. Во-первых, фашистское руководство стремилось перерезать Волгу, которая являлась важнейшей водной артерией, связывающей центр Советского Союза с его южными районами. Учитывали гитлеровцы и военно-промышленное значение Сталинграда.

Во-вторых, группировка советских войск в районе Сталинграда угрожала левому крылу группы армий «А», наступавшей на Кавказ. Фашистская ставка считала, что «судьба Кавказа решается под Сталинградом».

В-третьих, от исхода Сталинградской битвы зависела позиция Турции и Японии. И турецкий, и японский послы в Берлине не раз намекали, что их правительства вступят в войну против СССР сразу же, как только падет Сталинград. Турецкая военщина сосредоточила на южной границе СССР 28 дивизий. В турецкой печати публиковались подстрекательные статьи. Так, газета «Сон Телеграф» писала: «Турецкие всадники веками поили своих коней в Волге». В Маньчжурии находилась Квантунская армия, в состав которой входило более 1 млн. солдат, две трети танковых соединений и около половины авиации, имевшихся тогда у Японии. На Токийском процессе генерал Мацумура Томокацу показал, что «в 1942 г. планировалось... предпринять наступление главных сил против Приморского края». Гитлеровцы вынашивали планы овладеть «жемчужиной британской короны»— Индией, чтобы «в сердце Азии» встретиться с войсками Японии.

В-четвертых, фашистская ставка недооценивала силу Красной Армии под Сталинградом. Бывший начальник штаба верховного главнокомандования генерал-фельдмаршал В. Кейтель на допросе 17 июня 1945 г. показал: «Сейчас можно сказать, что немецкое командование не рассчитало ни сил, ни времени, ни ударных способностей войск. Однако в то время Сталинград был настолько соблазнительной целью, что казалось невозможным отказаться от него». Кейтель подчеркивал, что на Сталинграде «базировались главные стратегические расчеты сторон».

И, наконец, со взятием Сталинграда Гитлер связывал свой личный престиж и престиж германской армии. Он неоднократно заверял немецкий народ, что Сталинград будет взят и война победоносно закончится.

Таковы основные причины, которые привели к тому, что Сталинград стал эпицентром борьбы не только на советско-германском фронте, но и всей мировой войны, препятствием на пути гитлеровцев к мировому господству.

Это понимали и друзья, и враги СССР. Слово «Сталинград» не сходило со страниц мировой печати, ежедневно звучало в эфире на всех языках планеты. «Внимание всего мира сейчас приковано к грандиозному сражению под Сталинградом», — констатировало 27 августа 1942 г. контролируемое нацистами радио Парижа. «Можно смело сказать, что сражение у Сталинграда не имеет примера во всей истории советско-германской войны, — говорилось в передаче радио Лондона 5 сентября. — Весь план немцев в том и состоит, чтобы закончить войну на Востоке и покончить с СССР еще в этом году». Берлинское радио 15 сентября 1942 г. сообщило: «События, происходящие в Северной Африке, имеют большое значение, но, тем не менее, положение советских войск у Сталинграда остается главным стержнем всей мировой войны».

Начало сражения. Советской разведке удалось проникнуть в тайные планы фашистской ставки. Первые сведения о намерении немецко-фашистских войск наступать в южном направлении поступили в Генеральный штаб еще в феврале 1942 г. В донесении отмечалось, что «наиболее вероятный срок весеннего наступления — середина апреля и начало мая 1942 г». 23 марта в ГКО поступило донесение неизвестного советского разведчика, в котором впервые подробно говорилось о замыслах немецко-фашистского командования наступать на юге в двух стратегических направлениях — на Сталинград и Кавказ. «Главный удар, — подчеркивалось в донесении, — будет нанесен на южном участке с задачей прорваться через Ростов к Сталинграду и на Северный Кавказ, а оттуда по направлению к Каспийскому морю. Этим путем немцы надеются достичь источников кавказской нефти».

Однако данные разведки не были полностью учтены. Ставка ВГК и Генштаб исходили из того, что самая сильная группировка вермахта в составе 70 дивизий продолжала находиться на центральном участке фронта, угрожая по-прежнему советской столице. Поэтому представлялось, что главный удар враг нанесет на московском направлении. Маршал А. М. Василевский, занимавший в то время должность начальника Генерального Штаба, пишет: «Это мнение, как мне хорошо известно, разделяло командование большинства фронтов». Такого же мнения придерживался Верховный Главнокомандующий И. В. Сталин. «Сталин больше всего опасался за московское направление», — свидетельствует маршал Г. К. Жуков, который в дни Сталинградской битвы являлся заместителем Верховного Главнокомандующего. Основные резервы советских войск располагались под Москвой.

По настоянию Сталина Ставка ВГК приняла решение сочетать оборонительные действия с наступательными. В частности, предполагалось нанести сильный удар под Харьковом.

В мае 1942 г. советские войска пытались перейти в наступление в Крыму и на харьковском направлении, но потерпели поражение. Только пленными под Харьковом Красная Армия потеряла 240 тыс. человек. Поражение советских войск резко ухудшило обстановку на всем южном крыле советско-германского фронта. 28 июня германские войска перешли в решающее генеральное наступление на юге.

Просчет Ставки ВГК, катастрофа под Харьковом привели к тому, что Сталинградская битва развертывалась в невероятно трудных и сложных условиях. Ошибки пришлось исправлять уже в ходе сражения. Ставка ВГК выдвинула на сталинградское направление 62-ю, 63-ю и 64-ю армии, а 12 июля образовала Сталинградский фронт. Перед ним стояла задача, — обороняясь в полосе шириной 520 км, остановить дальнейшее продвижение противника. Выполнение этой задачи фронт начал, располагая всего 12 дивизиями (160 тыс. человек, 2,2 тыс. орудий и минометов и около 400 танков). Сухопутные войска поддерживали 8-я воздушная армия и авиация противовоздушной обороны, насчитывавшие в общей сложности 700 самолетов.

Противник превосходил советские войска в людях в 1, 7 раза, в артиллерии и танках — в 1,3 раза, в самолетах — более чем в 2 раза. Превосходство в силах позволило фашистским войскам вести наступление. В ночь с 11 на 12 июля они вторглись в пределы Сталинградской области. 14 июля на ее территории было объявлено военное положение. 17 июля передовые отряды 62-й и 64-й армий вступили в бой с авангардами 6-й немецкой армии под командованием генерал-полковника Ф. Паулюса. Великая битва началась...

Сталинградская битва продолжалась 200 дней и ночей. По характеру действий советских войск и решаемых ими задач сражение делится на два основных периода: оборонительный (17 июля— 18 ноября 1942 г.) и наступательный (19 ноября 1942 г. — 2 февраля 1943 г.) Первый период включал три этапа — бои на дальних подступах к Сталинграду, бои на ближних подступах и в самом городе.

В течение 6 суток войска генерала Ф. И. Толбухина и другие соединения сдерживали бешеный натиск врага на рубеже рек Чир и Цимла. Это позволило выиграть время для усовершенствования обороны на основном рубеже и провести эвакуацию населения и материальных ресурсов из западных и северо-западных районов Сталинградской области. Через Волгу было переправлено около 100 тыс. человек, около 2 млн. голов скота, свыше 3500 тракторов и комбайнов, 5 тыс. автомашин и 10 тыс. подвод с имуществом колхозов и совхозов.

Вместе с воинами Красной Армии сражались ополченцы и бойцы истребительных батальонов. 15-я Донская казачья дивизия сдерживала натиск врага в Сальских, а затем и в донских степях. Когда немцы 21 июля появились в Чернышковском и Перелазовском районах, их встретили огнем бойцы истребительных батальонов и до подхода воинской части удерживали населенные пункты. В одной из перестрелок с немецкой засадой погиб комиссар батальона — секретарь Чернышковского РК ВКП(б) Дмитриев.

Борьба за главную полосу обороны 62-й и 64-й армий началась 23 июля. В этот день фашистская ставка издала приказ «нанести удар по Сталинграду..., захватить город, а также перерезать перешеек между Доном и Волгой». Войска Паулюса, насчитывавшие 270 тыс. солдат, 3 тыс. орудий и минометов, около 500 танков и до 1200 боевых самолетов, пытались охватывающими ударами по флангам советских войск в большой излучине Дона окружить их, выйти в район города Калача и с запада прорваться к Сталинграду. Однако в результате упорной обороны 62-й и 64-й армий и контрударов 1-й и 4-й танковых армий замысел противника потерпел крах.

ЦК партии и ГКО дали директивы ни под каким видом не сдавать Сталинград. На Сталинградский фронт было направлено 5 тыс. коммунистов и 50 тыс. комсомольцев. 28 июля народный комиссар обороны И. В. Сталин издал приказ № 227. В нем говорилось о смертельной опасности, нависшей над Советской страной, и выдвигалось требование остановить врага. «Отныне, — подчеркивалось в приказе, — железным законом дисциплины для каждого командира, красноармейца, политработника должно явиться требование — ни шагу назад без приказа высшего командования». Виновных в нарушении данного требования командиров и политработников приказывалось лишать должностей, званий, наград и предавать суду военного трибунала. От военных советов фронтов и армий требовалось создать штрафные батальоны и роты, в которые направлять бойцов и командиров, проявивших трусость и малодушие, чтобы «они своей кровью искупили свою вину». Верховный Главнокомандующий приказал также создать заградительные отряды и поставить их позади тех частей, которые проявили в бою неустойчивость. Это был, пожалуй, самый суровый приказ за всю войну. Но он диктовался суровой действительностью. Сдача Сталинграда, выход гитлеровцев к Волге могли привести к непоправимым последствиям.

Советским войскам пришлось обороняться в трудных условиях безводных донских степей, под палящими лучами солнца. На открытой местности негде было укрыться от непрерывных массированных ударов вражеской авиации, которая господствовала в воздухе. Войска Сталинградского фронта располагали всего лишь 63 зенитными пушками среднего и 106 пушками малого калибра. И это на 500 км фронта. Враг имел превосходство также в танках и артиллерии. Но советские воины стойко защищали свои рубежи. Участник похода на Сталинград генерал-майор Г. Дёрр отмечает, что после распространения в советских войсках приказа № 227 «на всех участках фронта было отмечено усиление сопротивления противника».

Героический подвиг совершили четверо бронебойщиков 62-й армии во главе с П. О. Болото. Имея два противотанковых ружья, они вступили в бой с 30 немецкими танками. За один день герои уничтожили 15 танков и не пропустили врага через свои позиции. 16 бойцов под командованием младшего лейтенанта В. Д. Кочеткова стойко сражались у хутора Дубового. За первый день боя они отбили пять атак роты гитлеровцев. На рассвете следующего дня на их позиции двинулись 12 вражеских танков. Неравный поединок продолжался несколько часов. И вот уже из 16 бойцов в живых осталось только четверо, кончились боеприпасы. Стремясь нанести врагу максимальные потери, герои со связками гранат бросились под танки. Когда подошло подкрепление, на склоне высоты пылали шесть танков.

Благодаря исключительному героизму советских войск все попытки гитлеровского командования с ходу захватить Сталинград провалились. Фашисты несли огромные потери. Неизвестный унтер-офицер немецкой зенитной части писал в своем дневнике: «Ужас охватывает меня, когда я вижу грузовики, стоящие у дорог, доверху нагруженные нашими мертвецами». Но враг располагал очень крупными силами. С юго-запада на Сталинград начала наступление 4-я танковая армия генерала Г. Гота, повернутая фашистским командованием с кавказского направления. На сталинградское направление перебрасывались 3-я и 4-я румынские и 8-я итальянская армии. Протяженность Сталинградского фронта возросла до 800 км.

Учитывая сложившуюся обстановку, Ставка ВГК разделила 5 августа Сталинградский фронт на два самостоятельных — Сталинградский (командующий генерал-лейтенант В. Н. Гордов) и Юго-Восточный (командующий генерал-полковник А. И. Еременко). В своем первом приказе по фронту от 7 августа А. И. Еременко, в частности, писал: «Пусть под Сталинградом будет положено нашими руками начало конца гитлеризма! Пусть скажут о каждом из нас, что он был в великой битве под Сталинградом».

Войска сталинградского направления получили подкрепления. Так, с 1 по 20 августа Ставка ВГК направила сюда 15 стрелковых дивизий и 3 танковых корпуса. Правда, значительная часть из них, вследствие транспортных затруднений, смогла прибыть только после 20 августа.

Части 64-й армии (командующий генерал-лейтенант М. С. Шумилов) грудью встали в междуречье Дона и Волги против 4-й танковой армии Гота. Имея незначительные противотанковые средства, шумиловцы обломали танковые клинья Гота и нанесли ему такой ощутимый урон, что он был вынужден остановиться и почти две недели не предпринимать никаких действий. По-прежнему геройски сражалась 62-я армия, прикрывая главные подступы к Сталинграду.

Пользуясь превосходством в живой силе и технике, противник продолжал наступать. С 17 июля по 19 августа фашисты ценой огромных потерь смогли продвинуться лишь на 60—80 км. «Ожидания взять Сталинград внезапным ударом, — признавался впоследствии Паулюс, — потерпели тем самым крах». Получив подкрепление, противник возобновил наступление 19 августа. Враг бросил на город 210 тыс. солдат, свыше 2700 орудий и минометов и более 600 танков. На направлениях главных ударов немецкие войска имели почти полуторное превосходство в людях, двойное — в орудиях и минометах и многократное — в танках. Сухопутные войска поддерживал 4-й воздушный флот, имевший в своем составе более 1 тыс. самолетов. Приказ Гитлера предписывал взять Сталинград к 25 августа. На этот раз гитлеровцы наносили одновременно два сильных удара по сходящим направлениям: один с юга, другой с севера. Положение Сталинграда становилось все более критическим. Враг находился в 60—70 км от города с запада и всего в 20 км — с юга.

На ближних подступах к Сталинграду. Пока шли бои на Дону и в большой излучине Дона, партийные и советские органы провели крупные оборонные мероприятия. Особое внимание городской комитет обороны уделял народному ополчению и истребительным батальонам. Командованию корпуса было предложено дополнительно сформировать танковый батальон в Кировском районе, два артиллерийских дивизиона в составе 8—10 батарей и одной минометной роты в Баррикадном районе. Были освобождены от работы на производстве сроком на один месяц (с 15 июля по 15 августа) начальники штабов полков и батальонов. Ополченцы прошли военные сборы, продолжавшиеся от 5 до 10 дней. Улучшилось их вооружение. В начале августа командиры частей ополчения получили приказ: разработать вместе со штабами истребительных батальонов планы обороны своих районов и согласовать их с воинскими частями гарнизона. Танковая бригада разработала план совместных действий с истребительным батальоном и воинской частью на случай высадки десанта в пригороде Тракторозаводского района. В письме от 24 июля обком партии предложил райкомам ВКП(б) привести в боевую готовность все подразделения истребительных батальонов.

25 июля немецкие летчики приступили к минированию Волги. Первые мины были сброшены ниже Сталинграда, в районе Черного Яра. 28 июля обком ВКП(б) принял решение о дополнительных мерах по обеспечению безопасности движения флота на участке Астрахань — Сталинград — Саратов. На пароходах и баржах устанавливались зенитные пулеметы, проводилось траление фарватера. Силами бакенщиков и комсомольско-молодежных постов было установлено круглосуточное наблюдение за Волгой. На истребительные батальоны приволжских районов возлагалась задача вылавливать немецких сигнальщиков, которые ракетами наводили свои самолеты на цель. Волжские бакенщики и комсомольские посты добросовестно выполняли свои обязанности. Бакенщик И. Е. Игольников, проработавший на Волге 30 лет, заметил и огородил 10 сброшенных фашистами в Волгу мин. На его участке суда благополучно проходили в Сталинград. На участке бакенщика З. Н. Некляева немецкая авиация подожгла баржу с мазутом. Некляев быстро подгреб на лодке к барже и потушил огонь. Бакенщица М. П. Бардакова помогла военным морякам задержать трех немецких агентов, которые намеревались переправиться на Голодный остров.

15 июля обком партии принял решение о срочном строительстве оборонительных сооружений непосредственно вокруг города и на его окраинах. Новый рубеж разбили на семь секторов, по числу городских районов. Ответственность за выполнение работ возложили на райкомы ВКП(б) и исполкомы райсоветов депутатов трудящихся. Райком партии и райисполком, в свою очередь, разбили секторы на участки и каждому участку прикрепили один или 2—3 коллектива предприятий и учреждений. В строительстве рубежей участвовало все взрослое население. Многие учреждения, не имевшие оборонного значения, закрывались. В конце июля — начале августа на строительстве рубежа трудилось до 50 тыс. человек. Командир 39-й гвардейской стрелковой дивизии, которая отстаивала завод «Красный Октябрь», генерал С. С. Гуртьев после войны писал: «Областной комитет партии, когда немцы еще были в 50—100 км, развернул кипучую деятельность. Все было направлено на организацию обороны: построили два рубежа — дальний и ближний, нарыли окопов, блиндажей. Все население Сталинграда создавало этот барьер».

С приближением фронта к Сталинграду местные органы власти приняли меры к эвакуации в другие города и Заволжье госпиталей, части гражданского населения, детей. В течение июля и 20 дней августа 1942 г. из города вывезли около 100 тыс. человек, из них коренных жителей 35—40 тыс. Преимущество отдавалось семьям военнослужащих. Все работающие на предприятиях, учреждениях, весь медицинский персонал оставались на своих местах. В городе сосредоточилась масса беженцев и эвакуированного населения с Украины, из Ростовской области. По неполным данным, в Сталинграде накануне битвы проживало около миллиона человек. Многие промышленные предприятия, не имеющие оборонного значения, по-прежнему находились в городе.

Главная причина этого заключалась в том, что председатель ГКО И. В. Сталин запретил проводить эвакуацию, так как он был уверен, что Сталинград не будет сдан врагу, а эвакуация могла вызвать панику среди жителей. Во-вторых, прорыв немецких танков к тракторному заводу явился для советского командования и местных органов власти полной неожиданностью. Все эти причины и привели к тому, что эвакуация основной части населения Сталинграда проводилась под непрерывными бомбежками и даже артобстрелом врага, что повлекло большие человеческие жертвы.

Фашистские летчики ежедневно подвергали Сталинград бомбовым ударам. В оперативном донесении городского штаба МПВО говорится: «20 августа немцы произвели на Сталинград три сильных налета, 21 августа — четыре налета, 22 августа — пять налетов. За время с 1 по 23 августа пострадало от вражеской авиации 459 человек».

Приближались самые трагические дни.

Утром 23 августа гитлеровцы прорвали оборону советских войск в районе Вертячего. Часть войск 62-й армии, героически сражавшаяся на левом берегу Дона, оказалась отрезанной от основных сил. Войска Сталинградского и Юго-Восточного фронтов были расчленены восьмикилометровым коридором прорыва, в который ринулись подвижные части армии Паулюса. Передовые их подразделения совершили неожиданный прорыв к Волге севернее Сталинграда. Колонны танков с фашистской свастикой и мотопехота оказались у порога города, в двух-трех километрах от тракторного завода. Из прифронтового Сталинград стал фронтовым, передовой линией фронта.

В тот же день, выполняя приказ Гитлера о необходимости подвергнуть Сталинград «воздействию тяжелого оружия», фашисты подвергли город массированной бомбардировке. В течение дня вражеская авиация совершила более 2000 самолетовылетов. Такой силы воздушный удар гитлеровцы не обрушивали еще ни на один город за время войны; он превратился в море огня. Горели не только здания и постройки, горела земля и Волга: немцы разбомбили огромные резервуары с нефтью и нефтеналивные суда, горящая нефть хлынула по улицам, стекала в Волгу... Маршал Советского Союза А. М. Василевский вспоминает: «Я был тогда в городе и видел, как он превращается в развалины. По ночам он напоминал гигантский костер». Нацистская пропаганда поспешила объявить, что «крепость большевиков у ног фюрера». За два дня массированной бомбардировки город был превращен в развалины. Под руинами зданий погибло свыше 42 тыс. жителей.

Варварскими бомбардировками, внезапной танковой атакой враг рассчитывал сломить сопротивление защитников Сталинграда, вызвать панику среди населения города. Для устрашения жителей и бойцов немецкие летчики, пикируя, включали сирены, вместе с бомбами сбрасывали колеса железнодорожных вагонов, пустые бочки из-под горючего с пробитыми отверстиями. Все это выло, ревело, грохотало.

Но защитники и жители Сталинграда не дрогнули. В кромешном аду пожарные самоотверженно боролись с огнем. В районе каждой пожарной команды одновременно возникало по 15—20 пожаров, и пожарные сутками вели с ними борьбу. Бесстрашно действовали оперативные дежурные городской пожарной охраны П. М. Лаптырев и И. Я. Шеховцев. Они руководили ликвидацией пожаров на территории лесозавода имени Куйбышева. Мужество и отвагу проявил ветеран пожарной охраны С. Ф. Петяев. Будучи помощником оперативного дежурного, он осуществлял связь между командным пунктом и отдельными частями. На велосипеде и пешком, под бомбежкой и артобстрелом пробирался он из одного конца горящего города в другой. Героический подвиг совершили пожарные Катаев и Шурухин: рискуя жизнью, они заткнули деревянной пробкой горящий нефтяной резервуар. Помощник командира отделения И. Рожков вытащил и перенес в безопасное место 500 кг взрывчатки, находившейся под горящими нефтяными баками.

В 17 часов 23 августа у поселка Латошинка гитлеровцы прорвались к Волге. Сталинградский городской комитет обороны объявил боевую тревогу бойцам истребительных батальонов и народного ополчения. Люди собирались быстро. «К складу оружия, — вспоминает командир истребительного батальона СТЗ К. Костюченко, — в суровом молчании подходили бойцы. Многие из них явились по тревоге прямо с работы из цехов и были в промасленных спецовках». В ночь на 24 августа рабочие отряды выступили на защиту Тракторозаводского района, особенно со стороны Мечетки. Тракторный завод выставил 1200 автоматчиков и 46 танков, завод «Баррикады» — 600, завод «Красный Октябрь» — 300, Дзержинский район — тоже 300 автоматчиков,

А на северной окраине города шел небывалый бой. Танковую лавину врага в составе более 200 стальных машин с автоматчиками первыми встретили воины 1077-го и 1078-го зенитно-артиллерийских полков. Прямой наводкой зенитчики, а среди них было немало девушек, расстреливали фашистские танки и одновременно вели огонь по вражеским самолетам. Расчет батареи лейтенанта М. Ф. Баскакова, прикрывавший Латошинку, дрался до последней возможности: в бою пали все 43 батарейца. Под гусеницами танков погибли орудийные расчеты 1-го и 2-го дивизионов 1077-го полка полковника В. Е. Германа. Тяжелые потери понес 1078-й полк полковника Г. И. Ершова. Но в город враг ворваться не смог. Только за один день гитлеровцы потеряли 5 самолетов, 43 танка и сотни солдат.

На помощь зенитчикам подоспели рабочие отряды, курсанты военного училища, 5 бронекатеров Волжской военной флотилии, из которых два имели «катюши», и другие части. Два дня длился бой. Бойцы истребительных батальонов и ополчения бесстрашно ходили в атаки, гранатами и бутылками с горючей смесью подрывали немецкие танки. Рассматривая в бинокли рабочих в комбинезонах, гитлеровские генералы гадали: что это за новые войска появились у русских?

В боях за родной город рабочие отряды понесли первые потери — погибло свыше 100 ополченцев. Среди них тракторозаводцы — И. А. Володин, И. И. Иванов, П. П. Кондратьев, А. М. Момотов, А. И. Смирнов, И. А. Фомин, краснооктябрьцы — А. П. Кузьмин, И. М. Орлов, Г. П. Позднышев. Пала на поле боя одна из первых в стране женщина-сталевар Ольга Ковалева. Посмертно она была награждена орденом Ленина.

Ратный подвиг, совершенный рабочими-ополченцами, получил высокую оценку на страницах «Правды»: «Никогда не угаснут в сердцах советского народа имена рабочих тракторного завода, первенца социалистической индустрии, которые жизнью и смертью своей преградили врагу путь в город». Беспримерное мужество сталинградцев потрясло даже гитлеровских вояк, считавших себя сверхчеловеками. Ефрейтор О. Гелльман писал своей невесте: «Описать, что здесь происходит, невозможно. В Сталинграде сражаются все, у кого есть голова и руки, — и мужчины и женщины».

Напряженная обстановка создалась и на южных подступах к Сталинграду. Не считаясь с потерями, гитлеровцы овладели станциями Абганерово, Тундутово, Тингута и 55-й километр, но ворваться в город не смогли. Воины 57-й и 64-Й армий преградили им путь своей стойкой обороной.

25 августа городской комитет обороны ввел осадное положение и на другой день обратился к населению и воинам с призывом отстоять Сталинград, превратить каждый дом, каждый квартал, каждую улицу в неприступную крепость обороны. «Все на строительство баррикад! Все, кто способен носить оружие, — на баррикады, на защиту родного города», — призывала листовка городского комитета обороны. В пламени, дыму пожаров более 6 тыс. человек ежедневно выходили строить баррикады, устанавливать противотанковые ежи, надолбы, огневые точки, приспосабливать к обороне каменные здания. За несколько дней были сооружены сотни баррикад. Сталинград был готов к отражению натиска.

В неимоверно тяжелых условиях проводилась эвакуация населения. Немецкие самолеты непрерывно висели в воздухе, бомбя и обстреливая берег и Волгу. Горели пристани и подходы к ним. Организацией переправы жителей в Заволжье занимались партийный, советский, комсомольский актив и милиция города, а также органы тыла Сталинградского фронта. В перевозке людей участвовали все суда речного флота и катера Волжской военной флотилии. В наиболее тяжелые дни использовалось около тысячи весельных лодок. Сотни коммунистов и комсомольцев под огнем врага обследовали подвалы, щели и другие убежища и убеждали людей выехать из города.

Особую заботу проявляли к детям, оставшимся без родителей. Под руководством секретаря Ворошиловского райкома ВЛКСМ А. П. Модиной комсомольцы района собрали около 400 детей, которых через несколько дней удалось отправить за Волгу. В Краснооктябрьском районе в первые дни массированных бомбежек комсомольцы собрали 27 осиротевших детей, и боец медико-санвзвода Фальковская вывезла их в Ленинский детский дом. В Тракторозаводском районе заведующая районо Уланова, заведующая детским сектором завкома СТЗ Петрова, инструктор отдела школ обкома ВКП(б) Семенова и женщины-активистки Климашева, Кадышева, Ромасевич и др. собрали и эвакуировали более 300 детей. Часть детей из города увозили на автобусах, часть с провожатыми отправляли к переправам на Волге для перевозки водным путем в детские дома Сталинградской и других областей.

Всего с 23 августа по 14 октября 1942 г. из города было эвакуировано около 400 тыс. человек. Многие покинули город самостоятельно, но немало и осталось.

Немецкая авиация бомбила переправы, фашисты обстреливали артиллерийским и минометным огнем пароходы, баржи, катера, лодки. Против поселка Рынок гитлеровцы открыли артиллерийский огонь по санитарному пароходу «Композитор Бородин», хотя он шел под флагом Красного Креста. Судно загорелось. Появились немецкие самолеты и стали поливать его пулеметным огнем. Из 700 раненых лишь немногим удалось добраться до берега. Теплоход «Иосиф Сталин», на борту которого находилось 1400 мирных жителей, получил множество пробоин и сел на мель. К нему устремились гитлеровцы. Оставшиеся в живых члены команды и пассажиры окопались на берегу и отбили атаку. Высланный баркас «Наблюдатель» со спецгруппой работников НКВД спас только 82 человека...

В первых числах сентября 62-я армия с боями отошла к окраинам Сталинграда. 10— 12 сентября фашистские войска прорвались в предместья города. Начался новый этап битвы — бои непосредственно на улицах и площадях Сталинграда.

Анализируя причины временных неудач советских войск под Сталинградом, А. М. Василевский называет прежде всего значительное превосходство противника в живой силе и технике, особенно в авиации и танках. Ставка ВГК выделила крупные силы для прикрытия Сталинграда, но войска поступали медленно и, не закончив сосредоточения, сразу же вводились в бой. Времени для подготовки контрударов не хватало. Сталинград напоминал гигантский костер. «Несмотря на все это, — подчеркивает A. М. Василевский, — не было растерянности и паники. Значительная часть жителей отказалась от эвакуации и шла в ряды защитников города, на заводы и строительство баррикад».

Основная тяжесть защиты города легла на 62-ю и 64-ю армии. Командование Сталинградским фронтом возложило на войска 62-й армии оборону центра города и его северной части, где располагались крупнейшие заводы — «Красный Октябрь», «Баррикады» и тракторный. Во главе 62-й армии Ставка ВГК поставила 12 сентября генерал-лейтенанта B. И. Чуйкова. 18-летним юношей он ушел защищать молодую Советскую Республику. За особые заслуги был награжден двумя орденами Красного Знамени. Имел богатый боевой опыт и командующий 64-й армией генерал-майор М. С. Шумилов, войска которого обороняли южную часть Сталинграда.

За каждый дом... 12 сентября Гитлер вызвал Паулюса в свою ставку под Винницей и приказал в ближайшие дни овладеть Сталинградом.

13 сентября гитлеровцы бросились на штурм города. Против 50 тыс. бойцов 62-й армии Паулюс двинул 170 тыс. солдат, 500 танков, 3 тыс. орудий и до тысячи самолетов. Бои шли на всем протяжении 70-километровой линии обороны города от Спартановки на севере до Красноармейска на юге. Но особенно ожесточенные бои развернулись в Ельшанке, на Дар-горе, по р. Царице, у аэродрома авиаучилища и на Мамаевом кургане. К исходу дня немецкие войска, наступая в стык 62-й и 64-й армий, прорвались к поселку Купоросный и овладели частью Ворошиловского района.

14 сентября можно считать вторым — после 23 августа — днем наибольшей опасности для Сталинграда. Колонны вражеских танков, пехота на машинах и бронетранспортерах врывались в город. Гитлеровцы считали, что участь Сталинграда решена, и каждый из них стремился как можно быстрее достичь центра города, чтобы поживиться трофеями. Пьяные немцы соскакивали с машин, играли на губных гармошках, бешено орали и плясали на тротуарах. Но из подвалов, из-за углов домов, из развалин по ним ударил свинцовый ливень, полетели гранаты и бутылки с горючей смесью...

Фашисты гибли сотнями, но свежие волны резервов все больше наводняли улицы. Бой шел в 800 метрах от командного пункта 62-й армии. Собрав последние резервы, Чуйков бросил их в контратаку. Разрозненные, а иногда окруженные части и подразделения 62-й армии вели неравный бой. Противник вплотную подошел к Мамаеву кургану, к линии железной дороги, идущей через город. В центре города, во многих зданиях, засели фашистские автоматчики, пробравшиеся туда через поредевшие порядки защитников Сталинграда. Немцы вышли к городской переправе и вот-вот могли ее захватить.

На помощь армии пришли вооруженные отряды сталинградцев. Вспоминая о тех критических днях обороны города, сталевар И. П. Алешкин рассказывает: «... Краснооктябрьцы дрались уже почти на всех участках Сталинградского фронта. Они были на Дар-горе, у Мамаева кургана, на лесных пристанях, у вокзала, близ ж. д. моста через реку Царицу и в других местах». Отряд рабочих завода имени Сакко и Ванцетти сражался в Тракторозаводском районе, ополченцы и бойцы истребительных батальонов которого влились в регулярные части. Из ворот завода сразу на передовую отправлялись танки, экипажи которых были укомплектованы из рабочих.

На переправе упорное сопротивление гитлеровцам оказал отряд, состоящий из 80 чекистов и милиционеров. Несмотря на превосходство врага в живой силе, отряд удержал позиции, что позволило переправиться в город 13-й гвардейской дивизии генерал-майора А. И. Родимцева. Гвардейцы с ходу атаковали противника, выбили его из центра, отбросили от Мамаева кургана. Положение было восстановлено.

По призыву городского комитета обороны в 62-ю и 64-ю армии влилось около 75 тыс. сталинградцев. Противник этого не ожидал. Первый адъютант 6-й армии В. Адам свидетельствует: «Население взялось за оружие. На полях боя лежат рабочие в своей спецодежде, нередко сжимая в окоченевших руках винтовку или пистолет. Мертвецы в рабочей одежде застыли, склонившись над рычагами разбитого танка. Ничего подобного мы никогда не видели».

Во второй половине сентября фронт 62-й армии пролегал извилистой линией через улицы, площади и кварталы разрушенного города, через цехи заводов и фабрик. На некоторых участках эта линия проходила по кромке берега всего в 30—50 метрах от Волги. Бои шли за каждую улицу, за каждый квартал, а нередко — за подъезды и этажи домов. Сталинград стал городом-фронтом, в котором не было тыла.

Гитлер назначил новый и «самый последний» срок падения Сталинграда — 14 октября. Фашистское командование пошло на крайние меры. Оно приказало перейти к обороне на всех участках советско-германского фронта, кроме сталинградского. Паулюс получил подкрепления. Из Германии в Сталинград доставлялись самолетами специально обученные ведению уличных боев саперные батальоны, лучшие снайперы, минеры, летчики. Фашисты не сомневались в успехе. По распоряжению фюрера был изготовлен литографский камень с текстом листовки «Сталинград пал!». Ведомство Геббельса несколько раз предписывало редакциям своих газет и газет подвластных стран оставить место на первой полосе для публикации сообщения о взятии Сталинграда.

В начале октября борьба за Сталинград возобновилась со все нарастающим ожесточением. 4 и 5 октября развернулись бои за сталинградские заводы — тракторный, «Баррикады», «Красный Октябрь», которые являлись важными узлами обороны. На узком участке фронта против защитников города иногда наступало одновременно 7 дивизий противника, в числе которых были две-три танковые.

Четверо суток штурмовали гитлеровцы позиции защитников тракторного завода. За эти сто часов они продвинулись на 400 метров, т. е. в среднем продвигались на 100 метров в сутки, 4 метра в час. 8 октября атаки прекратились, а спустя 6 дней начался решающий штурм.

Рано утром 14 октября фашисты открыли огонь из сотен орудий и минометов. Гитлеровские стервятники беспрерывно бомбили позиции советских бойцов. Восемь часов выли мины, свистели бомбы, рушились остатки каменных зданий. Земля дрожала как в лихорадке. Тучи огня, дыма и пыли заволокли небо, скрыв солнце от глаз защитников.

Под прикрытием ураганного огня Паулюс бросил в наступление огромные силы. Главный удар он наносил между заводами тракторный и «Баррикады». На участке около 6 км наступление вели 30 тыс. солдат при поддержке около 100 танков. Противник превосходил советские войска в людях в пять раз, в танках — в двенадцать раз, его авиация безраздельно господствовала в воздухе. Около трех тысяч самолетовылетов сделала она в тот день. Казалось, все живое должно быть сломлено, подавлено, уничтожено. Но как только фашисты поднимались в атаку, на них обрушивался мстительный огонь советских бойцов, навстречу танкам летели гранаты и бутылки с горючей смесью. В подвалах, на лестничных площадках, в развалинах кипел рукопашный бой.

К вечеру 14 октября противнику удалось рассечь оборону 62-й армии, прижать вплотную к Волге защитников заводов «Баррикады» и «Красный Октябрь». 17 октября немцы захватили полностью тракторный завод, часть советских войск оказалась отрезанной в селе Рынок от 62-й армии.

Советское командование перебросило 17 октября в Сталинград 138-ю Краснознаменную стрелковую дивизию генерала И. И. Людникова. Она заняла оборону в районе «Баррикад». Позиция дивизии находилась в 300—400 метрах от Волги. Почти месяц ее бойцы сражались в полуокружении, отбивая ежедневно многочисленные атаки озверевших фашистов. Подступы к рубежам ее обороны были усеяны трупами врагов. В полукольце врага находились и бригады С. Ф. Горохова и В. А. Болвинова. Гитлеровцы непрерывно штурмовали позиции. Но бойцы и командиры не сошли с занятого рубежа. Насмерть стояли сибиряки 308-й дивизии полковника А. Н. Гуртьева, отбивая натиск трех вражеских дивизий. За 30 дней октября они отбили 117 атак противника. С неистовым ожесточением дрались гвардейцы дивизии генерала Желудева. Штаб дивизии Родимцева находился в 5 метрах от воды и в 250 метрах от переднего края. Но эти метры гитлеровцы не смогли преодолеть.

Несгибаемая стойкость, массовый героизм, высокое воинское мастерство советских бойцов сорвали очередной «генеральный штурм». За оборонительный период Сталинградской битвы фашисты потеряли свыше 700 тыс. солдат и офицеров убитыми и ранеными, более тысячи танков и штурмовых орудий, 2 тыс. орудий и минометов и больше 1400 самолетов.

Сталинград не только сражался. Он трудился для фронта. Под огнем врага продолжали действовать промышленные предприятия, выпуская военную продукцию. В сентябре, когда в центре города шли бои, тракторный завод передал войскам 200 танков и 40 моторов. И только 5 октября, когда завод был полностью выведен из строя, рабочие прекратили ремонт боевых машин. Рабочие завода «Баррикады» продолжали сборку орудий и минометов до 14 октября, пока не использовали полностью комплектный задел деталей. Коллектив завода «Красный Октябрь» покинул цехи только по приказу военного командования, когда противник находился вблизи заводских ворот.

Предприятия Кировского района оставались базой снабжения войск 64-й и 57-й армий во время всей битвы. Мужественно нес трудовую вахту коллектив Сталинградской электростанции. Авиация врага сбросила на станцию более 200 фугасных бомб, его артиллерия выпустила около 900 снарядов, и все же до 5 ноября 1942 г. она снабжала предприятия электроэнергией.

Героические подвиги защитников волжской твердыни. Оправдывая неудачи своих войск под Сталинградом, геббельсовская пропаганда выдумала басню о том, что город якобы окружен мощными укреплениями. Разоблачая измышления фашистов, Борис Полевой 23 октября писал в «Правде»: «Огромный город стоит в голой степи, открытый со всех сторон, и то, что немцы, несмотря на отчаянные попытки, до сих пор не сумели взять его, объясняется не мифической стеной, а мужеством и чудесной отвагой его защитников».

Символом стойкости советских воинов стал подвиг группы гвардейцев во главе с лейтенантом И. Ф. Афанасьевым и сержантом Я. Ф. Павловым, которая защищала дом в центре города. Военная судьба свела в этот дом, ставший неприступной крепостью для фашистов, представители девяти национальностей СССР. За 58 суток беспрерывных боев небольшой гарнизон дома уничтожил столько гитлеровцев, сколько не теряли они при взятии крупных западноевропейских городов.

В небе Сталинграда бесстрашно сражался татарин Амет-хан-Султан. Он сбил 11 стервятников лично и 19 в групповых боях. Среди защитников города гремела слава о снайпере В. Г. Зайцеве, родом из Сибири. Более 300 гитлеровцев уничтожил он в уличных боях. Попал ему на мушку и руководитель немецкой снайперской школы в Берлине майор Конингс. Сержант-пулеметчик Х. Н. Нурадилов, чеченец по национальности, за время боев под Сталинградом уничтожил 920 фашистов, захватил 7 пулеметов противника и лично взял в плен 12 гитлеровцев.

Величайший героизм в защите города проявили воины всех родов войск: пехотинцы, артиллеристы, танкисты, летчики, саперы и связисты, моряки Волжской военной флотилии и речники. Артиллерист украинец В. Я. Болтенко, оставшись у орудия один, смело вступил в единоборство с 15 вражескими танками и одержал над ними победу. Связисты В. П. Титаев и М. М. Путилов во время исправления повреждения телефонной линии были смертельно ранены. Теряя сознание, соединив зубами концы оборванного провода, они восстановили связь. Боец 10-й дивизии войск НКВД А. Е. Ващенко закрыл своей грудью амбразуру вражеского дзота. Вражеский пулемет на мгновение замолчал, но этого оказалось достаточно, чтобы его товарищи совершили бросок. Такой же подвиг совершили в дни Сталинградской битвы 11 человек, в том числе наш земляк сержант Н. Ф. Сердюков. Летчик сержант В. А. Рогальский направил свой горящий самолет на скопление вражеской техники. Всего бессмертный подвиг капитана Гастелло повторили 14 сталинградских авиаторов. Морской пехотинец Михаил Паникаха, объятый пламенем, бросился на фашистский танк и поджег его бутылкой с горючей смесью. Когда гитлеровцам удалось поджечь танк капитана Нечаева, он повел его в последнюю атаку, настиг немецкий танк и таранил его.

Самоотверженно действовал медицинский персонал. В прославленной дивизии полковника Л. Н. Гуртьева девушки-санитарки А. Егорова, Л. Барлина, Л. Новикова и др. спасли жизнь сотням бойцов и командиров. Так, Л. Барлина вынесла с поля боя 92 раненых. Представляя санинструктора Е. Ф. Богданову к награждению орденом Ленина, командование части 26 сентября 1942 г. писало, что она «вынесла с поля боя 120 раненых бойцов с их оружием. Уничтожила в атаках 8 немцев, в одной из последних атак была ранена, но с поля боя не ушла».

Перед М. В. Королевой открывалось прекрасное будущее: режиссеры охотно приглашали ее для участия в съемках художественных фильмов. До войны она успела сыграть в таких популярных лентах, как «Бабы рязанские», «Дочь партизана», «Я люблю» и др. В 1942 г. 20-летняя Королева добровольно ушла на фронт. Служила санинструктором 780-го стрелкового полка 214-й стрелковой дивизии. Бойцы любовно называли ее Гулей. 24 ноября 1942 г. Королева геройски погибла в бою за высоту 56,8 в районе Паншина. Награждена посмертно орденом Красного Знамени.

Сухопутные войска поддерживала Волжская военная флотилия. Она состояла из 7 канонерских лодок, 14 бронекатеров, 33 катеров-тральщиков, 2 плавучих зенитных батарей, железнодорожной батареи и 2 батальонов морской пехоты. Флотилия оказывала сухопутным войскам огневую поддержку, высаживала десанты, охраняла коммуникации и производила перевозки войск и воинских грузов через Волгу. В тяжелых ледовых условиях под непрерывным обстрелом вражеской артиллерии и авиации ее суда совершили 35400 рейсов, перевезли на правый берег Волги более 120 тыс. человек, свыше 13 тыс. тонн грузов, 400 автомашин. Артиллерия Волжской военной флотилии уничтожила более 3 полков пехоты, 48 танков, 16 самолетов, разрушила до 100 дзотов, блиндажей и других военных объектов противника. За проявленный героизм 1-й и 2-й дивизионы бронекатеров удостоены звания гвардейских, канонерские лодки «Усыскин» и «Чапаев» награждены орденами Красного Знамени.

Совместно с Волжской военной флотилией сражались сталинградские речники. Особо они отличились на переправах. С 23 августа 1942 г. Волга стала единственным путем, по которому снабжались защитники Сталинграда. Суда речного флота доставляли с левого берега боеприпасы, снаряжение, продовольствие, медикаменты, письма, газеты, перевозили войска и боевую технику, а из осажденного города вывозили раненых, гражданское население, оборудование заводов и другие народнохозяйственные грузы.

По неполным данным, до 21 декабря 1942 г. в районе Сталинградского фронта через волжские переправы речники доставили 543 тыс. военнослужащих, гражданского населения и раненых, 29400 автомашин, 550 тягачей, 840 орудий, около 149 тыс. тонн боеприпасов, вооружения, продовольствия.

Командиры судов, работники плавсостава при выполнении заданий проявляли мужество, стойкость, бесстрашие и мастерство. Чтобы выполнить перевозки в сжатые сроки, суда приходилось загружать сверх всяких норм. Речники действовали под бомбежками и непрерывным обстрелом артиллерии врага. Речной флот понес большие потери: 389 судов затонуло, а десятки получили серьезные повреждения.

Душой обороны города являлась партийная организация, ряды которой все время пополнялись. Только на Сталинградском фронте в партию вступило более 14 тыс. бойцов. Коммунисты цементировали оборону и шли в первых рядах атакующих войск. A. M. Василевский отмечал, что «характерной чертой партийно-политической работы была ее теснейшая связь с боевой практикой, с действиями личного состава».

На каждом собрании, на каждом митинге обсуждался один и тот же вопрос: как отстоять Сталинград. 11 октября в Кировском районе состоялся пленум Сталинградского горкома ВКП(б), который обязал партийные, советские, хозяйственные организации усилить помощь защитникам Сталинграда, обеспечить бесперебойную работу сохранившихся и действующих предприятий. 5 ноября в помещении столовой Красноармейской судоверфи состоялось торжественное юбилейное заседание Сталинградского городского Совета депутатов трудящихся. Сообщение об этом опубликовали все центральные газеты Советского Союза. Советские люди еще раз убеждались в том, что Сталинград выстоит и победит.

Для защитников Сталинграда издавались дивизионные, корпусные и армейские газеты, призывавшие разгромить врага и отбросить его от Волги. В Николаевке печаталась «Сталинградская правда». Обком ВКП(б) готовил и печатал в типографиях Николаевского, Быковского, Камышинского и других районов листовки. Они рассказывали о зверствах фашистов, призывали к священной мести. За период обороны Сталинграда было издано 39 листовок тиражом около 1 млн. экземпляров.

«... Храни, всевышний, город Сталинград». Весь свободолюбивый мир с напряженным вниманием следил за гигантской битвой. «Правда» 5 октября 1942 г. писала: «Каждое сообщение мгновенно облетает весь свет. Газеты всех стран на первых страницах печатают телеграммы о положении в районе Сталинграда, о ходе небывалого в истории сражения». Какими только эпитетами не награждали наш город иностранные журналисты и радиокомментаторы, комментируя сводки Совинформбюро: «сага о великом подвиге», «стальной город», «одна из цитаделей цивилизации», «родина героизма», «триумф моральной стойкости», «бессмертный символ русского величия».

В адрес защитников Сталинграда направлялись деньги и медикаменты. На многотысячных митингах ораторы требовали от правительств стран антигитлеровской коалиции немедленно открыть второй фронт в Европе, усилить экономическую и военную помощь СССР. На улицах и площадях вывешивались плакаты, выражавшие солидарность с защитниками героического города. Например, в столице Аргентины Буэнос-Айресе в октябре 1942 г. красочный плакат призывал: «Отдадим все за героизм Сталинграда, защитим цивилизацию и свободу!»

Лучшие умы человечества прославляли героев волжской твердыни. Великий сын Чили поэт-коммунист Пабло Неруда написал поэму «Песнь любви к Сталинграду», английский композитор К. Дарнтон — «Сталинградскую увертюру». Выражая надежды и чаяния миллионов людей всех континентов, чешской поэт Франтишек Грубин в тревожные осенние дни 1942 г. шептал, как заклинание, свои стихи:

 

Когда огонь войны споткнется?

И карты замолчат, ослепшие?

Дай силу тем, кто насмерть бьется,

Кто белых флагов не вывешивал,

Кто носит имя гордое солдат.

Храни, всевышний, город Сталинград!

Награда конкурса  «Электронный Волгоград-2004»
Предыдущая страница — «Все для фронта, все для победы» Оглавление раздела Следующая страница — «Всенародная борьба в тылу врага»
Главная | История | Даты | Путеводитель | Галерея | Статьи | Архив | Ссылки | Карта сайта
Rambler's Top100 Рейтинг@Mail.ru Яндекс цитирования